Category: литература

Category was added automatically. Read all entries about "литература".

Пока спят ангелы

Дома спят ангелы.  А тебя тревожит невозможность быть собой. Это моя стабильность. Черт  возьми, неприятно. Как больной желудок, реагирующий на четвертый  день запоя. Как книги которые покупаешь по старой привычке, но держишь в рабочем шкафу, чтобы показывать коллегам да постить в интернет .  Это как мысли. Новых нет, и ты судорожно отыскиваешь старые. Удачные. О! Эта хороша! Можно удивить, кого ни будь лет до 25 возрастом.  А в городе, между прочим, май. Теплый и предгрозовой. Сирень на кухне. Ласточки в небе. Рассвет над морем. Запах шашлыка доносящийся из вечерних ресторанов.   И ты, пока дома тишина, пробираешься на кухню, чтоб положить буквы на экран. И курить приоткрыв окно. Разменивая свежий ночной воздух на смолы и никотин. И мужики из андера напоминают мне о том кем я когда то был. Вопреки времени, возрасту и статусу. Да Макоса? Вопреки- качает и я киваю в такт головой.    Но завтра в 9:00  я вылизанный и приглаженный буду улыбаться на планерке и  мой роман с чиновниками,  продолжится на новой странице этой сумасшедшей книги безумного автора. Что вы сделали с моей мечтой? Зачем я вам позволил?  И как хочется, иногда подняв трубку заорать в нее «Да иди ты на хуй со своим совещанием!»  Но зато у меня есть NB, AJ, G-steel и  пахнет от меня CK.  Променять бы все это на пару честных песен.  На прогулку с тобой по стенам Вавилона. Взявшись за руки.  И говорить тебе, что нить романтическое. Стихи читать. И ты такая «О! Лугуев читает стихи, когда хочет произвести впечатление!».   А я б смотрел на тебя и думал о том как хорошо когда рядом человек- твой.  Но я выставляю цифры на будильнике. Мою морду и думаю  о том что завтра вечером буду мечтать  по швам треснуть. Водки стакан. Белого дорогу. И майк в руку.  Эмоций бурных.  Но нельзя- дома спят ангелы.  И этот сон бережет меня. От меня.

Peep My Words!!

Мое лето. Оно бьет жарой. Пахнет  коридорами московского офиса. Болеет вместе с Вождем и приходящей в себя, после операции Донной. Оно говорит со мной голосом Рыжа, сидящего на скамейке у моей гостиницы. Улыбается счастливыми Мурадом и Патькой. Заливает себя коньяком вместе со Штормом, ожидая бракоразводного. Оно держит меня за руку вместе с Алилом и задает сотни смешных вопросов.  Теплые дни должны просыпаться вместе со мной утренними пробежками и соленой водой Каспия. Вечера должны заполнить Антон Палыч и Лев Николаевич.  Я схвачу это лето покрепче. Как перекладину турника. Попытаюсь подтянуться. Туда, вверх, к солнцу.

Я- кузнец. В моей кузнице жарко как в аду. Но этим летом я начал ковать свой меч.  Поднимаю тяжелый молот и опускаю его. Снова и снова. Чувствуя, как пот стекает по моему телу. Проводя рукой по мокрым волосам. Я подарю его сыну.

Я – путник. И Всевышний бережет меня, и стопы мои крепки. Иногда, кажется, что дорога не  совсем правильная. Что можно было по другому. Но я, уже ушел слишком далеко от развилок и возможности поменять дорогу и тех, кто меня сопровождает.

 Я-  поэт. Тот кто потерял все свои стихи и сжег которые не смог потерять. Я хочу писать еще, но не успеваю запоминать массу впечатлений, эмоций и красок.

Я- сумасшедший. Заперт в палате с мягкими стенами. Один на один с мыслями, которые способны прогрызть  дорогу на волю, а могут сожрать меня между ужином и завтраком. И санитары, заглядывающие в маленькое окошко, увидят только груду несъедобного тряпья на полу.

Мое лето. Оно смеется твоим редким смехом и смотрит на меня глазами, на дне которых грусть. И сейчас оно зовет меня на Улицу, а большой черный Sean Price  кричит мне из колонок «Peep My Words!!  Peep My Words!! Peep My Words!!»

Рама и Иегова

Главная мысль, которую человек пытается донести до других, заключается в том, что он имеет доступ к гораздо более престижному потреблению, чем про него могли подумать. Одновременно с этим он старается объяснить окружающим, что их тип потребления гораздо менее престижен, чем они имели наивность думать. Этому подчинены все социальные маневры. Больше того, только эти вопросы вызывают у людей стойкие эмоции.
– Вообще то мне в жизни попадались и другие люди, – сказал я с легкой иронией. Иегова кротко посмотрел на меня.
– Рама, – сказал он, – вот прямо сейчас ты пытаешься донести до меня мысль о том, что ты имеешь доступ к более престижному потреблению, чем я, а мой тип потребления, как сейчас говорят, сосет и причмокивает.

Разговоры на Кухне

Вообще то кухонные разговоры это по большей степень, извините, хуйня. Семечки. " А Хадя новую шубу купила, а Рамазан по вене дельфинов гоняет и у него гепатит С помноженный на врожденное слабоумие.." и прочее, и прочее, и прочее... Разговоры которые кажутся нам чертовски важными и интересными в этот момент, через час они не важны, завтра они смешны. Мне лично по хуй и на Хадю с новой шубой и тем более на Рамазана с его болезнями. Но послушать надо. Хотя бы потому что слишком устал, чтоб заниматься чем то другим. Эти разговоры, такая же неизбежность как соседский мальчик исправно ссущий в подъезде. Уговариваешь- ссыт. Грозишь- ссыт в два раза больше. От страха наверное.
Тебе они не нравятся, эти разговоры.. И когда терпение кончается, чтоб не взорваться ты соскакиваешь. Трусливо. Завернувшись в одело обмана. Прикрывая свое позорное не умение изменять ситуацию маскарадом дешевых слов. Ты ломишься в ночной город. В утренний город. В любой бля город. В любое бля время. Ты оказываешься сидящим в машине с обкуренным в гавно водителем. Половина четвертого. Почти утро. Осень в Махачкале. Воздух на улице прозрачный до одурения. Холодный сука. Челентано красиво тянет " Иа тьебья люблью, йа жить бъез тебья не могу." А можешь оказаться в кабаке, пара-тройка друзей, девчонки со своим слегка ...... литературным клубом.Тут можно по важничать, девочки -красивые, разговоры- умные, тебе завидуют. Здорово. А можешь оказаться в какой то дыре, распоженной хуй-его-знает-где, хуй- его – знает- с кем. Новые лица. Раньше старался запомнить. Сейчас все равно. А я черт возьми хочу уйти. От новых бля знакомств, от старых бля друзей. Хочу туда где ты пьешь чай. Со своей спокойной улыбкой. Туда где твои бутерброды, где жаркий секс которым обернулся простой массаж. К не начатым сказкам и незаконченным статьям. К твоему укоризненному взгляду. К твоей способности тушить мою ревность своей мудростью. Хочу чтоб туда прибежала моя ненормальная сестричка, повисла у меня на шее и сказала "вы меня бесите". Хочу маленькую теплую компанию. Где люди ничего не делят а дарят. Где не ругаются а спорят. Там хорошо. Там разговоры на кухне совсем другие. И только одна мысль которая изредка выскакивает отвлекает от всего этого. "Интересно, почем Хадя купила себе шубу?"